Метки

ПО ЗНАМЕНАМ И КРЮКАМ

0

Анна Елисеева, руководитель ансамбля «Асматикон»: Бельканто нам не подходит

Ровно семь лет назад на свет появился ансамбль «Асматикон», специализирующийся на исполнении духовных произведений византийской и древнерусской знаменной богослужебных певческих традиций.
Сегодня в гостях у «ПМ» его художественный руководитель Анна Елисеева.

Анна Елисеева

– Анна, расскажите, пожалуйста, когда вы начали заниматься церковным пением.
– Двадцать девять лет назад, в год празднования 1000-летия Крещения Руси. Тогда стали открываться храмы, исповедование веры перестало преследоваться или порицаться. В Московской консерватории, где я училась, впервые за многие десятилетия разрешили исполнять русскую духовную музыку, что чрезвычайно вдохновило студентов. Многие из них стали петь на клиросе, не боясь отчисления из консерватории (прежде это можно было делать только тайно). С этого года началась моя церковная жизнь вообще и церковно-певческая в частности.

– Насколько известно, теперь в Московской консерватории серьезно изучают церковную музыку?
– Да, с 1998 года при кафедре истории русской музыки работает Научно-исследовательский центр церковной музыки имени протоиерея Димитрия Разумовского – профессора, крупнейшего специалиста в области византийской и древнерусской певческой культуры. Отец Димитрий – один из выдающихся исследователей певческих традиций Древней Руси и Византии, накопивший уникальный материал, который имеет большое значение для русской и мировой культуры. Руководителю центра Ирине Лозовой как раз и пришла идея создать ансамбль, который бы этот музыкальный материал озвучил и донес до широкой публики. Этот многовековой репертуар большей частью неизвестен, хотя он бесконечно прекрасен и заслуживает того, чтобы люди его услышали и имели возможность оценить.

– А как церковное пение стало делом жизни для вас?
– Это произошло скорее по милости Божией. Я не ставила перед собой конкретных профессиональных целей, связанных именно с церковным пением. Я просто им занималась. И в определенные моменты мои занятия приобретали все новый и новый уровень, новую степень глубины и все большее значение в моей жизни. Сначала я стала петь на клиросе, потом в ансамбле «Сирин». Постепенно выбрала певческие стили, наилучшим образом, на мой взгляд, подходящие для богослужения. Я пришла к знаменному распеву как к подлинной певческой традиции, где слово находит в мелодии наилучшее и наиполнейшее отражение. Совершенно новый этап в моей жизни связан с открытием в Москве в 2004 году школы византийского пения «Псалтика». Ее возглавил знаменитый мастер византийского пения Константин Фотопулос. Там преподавались история, теория и, конечно, практика византийского пения. Милостью Божией я попала туда в числе первых учеников Константина Фотопулоса, окончила школу и тут же была приглашена преподавать. Таким образом, в моей душе соединились, сплелись две традиции: знаменное древнерусское и византийское пение. А ведь знаменное пение – росток, уходящий корнем в византийскую традицию. От Византии мы восприняли Православие, а с ним и весь комплекс церковных искусств и церковное пение в частности. Позднее византийское пение было значительно переработано, переинтонировано русской национальной певческой культурой с учетом специфики и особенностей русского интонационно-мелодического языка и произрастило такую мощную самостоятельную ветвь, как знаменный распев.

Со временем становилось все очевиднее: тот церковно-певческий репертуар, который звучит в большинстве наших храмов, заметно диссонирует с моими собственными сформировавшимися представлениями о богослужебном пении. Все настойчивее ощущалась необходимость глубже и серьезнее осваивать подлинные традиции церковного пения, что постепенно привело меня к научному и практическому исследованию этих традиций, к преподавательской, богослужебно-певческой и творческо-исполнительской деятельности, непосредственно связанным с древнерусским (знаменным) и византийским пением.

– То есть идея создания ансамбля оказалась созвучна вашему внутреннему настрою?
– Да, сама идея мне была близка давно. Работая с 1994 года в ансамбле древнерусской духовной музыки «Сирин», который тоже занимался исполнением песнопений знаменной традиции, я очень полюбила нашу подлинную национальную певческую культуру. Но мне не хватало именно более углубленного, комплексного научного ее исследования, в частности освоения и пения по оригинальной (крюковой) нотации. И после того, как я более глубоко и серьезно погрузилась в эту культуру, у меня появилось огромное желание приобщить к ней и других: настолько она велика и прекрасна.

– Как подбирались исполнители под эту задачу?
– От наших исполнителей требуется целый комплекс знаний и умений, многие из которых не входят в программы академических музыкальных вузов. Мы поем по крюкам и невмам, а не по современной пятилинейной нотации. Нужно иметь очень тонкий слух, который позволяет различать несводимые к простой темперации интервалы: в византийской и знаменной традициях интервалы между звуками намного разнообразнее, чем тон и полутон в современном темперированном строе. Ну и конечно, нужен голос – причем не «форматированный» академической манерой бельканто, не вполне соотносящейся с музыкальным мышлением и эстетикой средневековых певческих традиций. Сейчас у нас пять постоянных певцов. Перечислю их. Ирина Старикова – научный сотрудник центра. Матушка Марина Конотопова руководит «народным» хором, который поет знаменным распевом, в домовом храме Мученицы Татианы при МГУ им. М.В. Ломоносова. Мария Кузнецова – наша выпускница, талантливый и очень творческий человек, наполовину сербка, и эта балканская природа в ней очень органична и созвучна той манере, в которой мы поем. Мария Шенталинская – человек очень многогранный и разносторонний, знаток русского музыкального фольклора, преподаватель вокала в театральном вузе, солистка ансамбля «Сирин», преподаватель в студии при этом же ансамбле.

– Где можно услышать «Асматикон»?
– В основном мы выступаем в Москве. Поем, в частности, в консерватории, но удобнее всего нам в храмовых пространствах, потому что именно для них создавались церковные распевы. Музеи тоже хороши с акустической точки зрения. Кроме того, в Центральном музее древнерусской культуры и искусства им. Андрея Рублева, Музее русской иконы и Государственном историческом музее присутствуют зрительные ряды, которые создают благоприятную атмосферу, находясь в некоторой симфонии с нашим репертуаром.

Беседовала Анастасия Сотникова
Опубликовано: №10 (623) май, 2017 г.

АСМАТИКОН
Дословно переводится с греческого как «песенный». Также это название византийской певческой книги для хора. В византийской традиции, кроме того, так называют некоторые пространно распетые сочинения, например асматикон «Трисвятое на вынос Креста» или асматикон «На погребение Плащаницы».

Поделиться

Комментирование закрыто